Оператор фильма «По щучьему велению» рассказал, на какие ухищрения пришлось идти во время съемок

В Емелиной печке сидел героический человек в шлеме и очках и управлял ею вслепую

В октябре прошлого года вышел фильм «По щучьему велению» Александра Войтинского — новая киноверсия народной сказки, по которой в 1938 году был снят черно-белый фильм классика советского кино Александра Роу. Технологии стремительно развиваются, и отправить печь Емели в небо теперь не составляет особого труда. Тем не менее смекалку и находчивость, живое дыхание кино никто не отменял. О том, как рождалась картина и почему ее частично снимали на «Айфон», рассказал оператор Владимир Башта.

В новой интерпретации хорошо известной сказки сын слепого кузнеца Емеля вытащил из проруби щуку. Она умеет говорить и превращаться в девицу-красавицу Василису, в которую безнадежно влюблен подводный царь. Ради того чтобы получить свободу, щука готова исполнить три желания Емели, а потом полюбит простого деревенского парня. А он хочет жениться на царской дочке Анфисе, но для этого надо выполнить три каверзных задания избранницы.

Лень Емеле вставать с печи, а в город съездить охота. Щука тут же осуществит его мечту. Печь мгновенно вылетит из избы. По дороге в город сбудется второе желание Емели — посреди зимы наступит лето. Когда придет время третьего желания — жениться на царевне Анфисе, — придется отправиться в Кощеево царство, искать на том свете покойную мать хитроумной невесты и добыть скатерть-самобранку.

Оператор фильма «По щучьему велению»  рассказал, на какие ухищрения пришлось идти во время съемок

15 минут и точка

Роль Емели сыграл Никита Кологривый, Щуки — Мила Ершова. Съемки проходили ранней весной и летом 2022 года под Тобольском. Царский терем нашелся в Абалаке. Правда, пришлось его слегка подкорректировать в соответствии с творческим замыслом. Кощеево царство снимали на заброшенном заводе. Для съемок разработали печь и ее дубликат, чтобы без потерь пройти огонь, воду и медные трубы. Казалось бы, все можно нарисовать и воссоздать при помощи компьютерной графики, но понадобились совсем другие решения.

Внутри печки, построенной на квадроцикле, находился героический человек. Он сидел перед огнем в шлеме и очках и не видел, куда она несется. Постановочной группе пришлось воплощать самые невероятные замыслы режиссера и продюсеров. Посмотрим на это глазами оператора фильма.

Владимир Башта — выпускник операторского факультета ВГИКа. Он работал с Петром Тодоровским на картине «В созвездии Быка», снимал «Географ глобус пропил» с Александром Велединским. В его фильмографии «Красная капелла», «Московская сага», «Кандагар», «Два билета домой», «Время первых», «Брестская крепость». Со многими режиссерами Владимир Башта работал неоднократно — а это хороший знак. За его плечами серьезный опыт сериального производства: «Алиби», «Волчье солнце», «Охотники за бриллиантами», «Курсанты»… Башта отлично знает, почем фунт лиха, и, как сам скажет, он не блатной. Тепличных условий никто ему не гарантировал.

До «По щучьему велению» у него уже был сказочный опыт на «Коньке-Горбунке» Олега Погодина. В фильм Александра Войтинского он практически влетел в последний момент. Надо было выручать коллег, с которыми работал на «Коньке-Горбунке», после смены режиссера. Другой бы на его месте отказался, поскольку операторы настаивают на том, что надо вступать в проект на ранней стадии. Только так можно качественно подготовиться к работе. Но ситуация складывалась иначе.

Кому-то может показаться, что как минимум половина фильма снималась в павильоне, но это не так. Больше 80 процентов пришлось на натуру. Кинематографисты хорошо знают, что это такое, какие риски за собой влечет. С одной стороны, снимать на натуре привлекательно. Картина начинает дышать, наполняться природными красками. Соответственно, и на экране все будет полнокровно. С другой стороны, создавать нужный свет в натуральных условиях гораздо сложнее, поскольку погода непредсказуема.

«Если внимательно присмотреться, то видно, что дубли у нас все отобранные, нет ни одной сцены, где было бы постоянное освещение, — говорит Владимир Башта. — Нам пришлось пережидать дождь, после которого все было мокрое, а в кадре светит солнце. Хорошо, что беседка, где мы снимали, была с крышей. Крыша — это уже контролируемая среда. Наверное, если бы я сдавал экзамен по операторскому мастерству, то экзаменатор мог бы поставить мне плохую оценку».

Владимир Башта придерживается принципа: любая задача должна быть выполнена только при условии, что на ее реализацию потребуется не больше 15 минут. Это касается осветителей, гримеров, любого специалиста на площадке, которому надо что-то быстро изменить, переставить. Время съемок дорогое удовольствие. Если требуется больше 15 минут на выполнение задачи, то придется от нее отказаться.

«Допустим, нужно поменять материал на раме, — объясняет Владимир Башта. — Спрашиваю, сколько это займет времени? 20 минут? Тогда не меняем, ищем другое решение. Нам надо было доснять несколько кадров, где Емеля загадывает второе желание и говорит: «Хочу, чтобы зима превратилась в лето». Мы поехали на то же самое место, где до этого снимали. Выезжали — стоял погожий денек. Пока добрались, на наших глазах все изменилось; и так происходило постоянно. Против лома нет приема. Доснимали в Москве».

Оператор фильма «По щучьему велению»  рассказал, на какие ухищрения пришлось идти во время съемок

Лучшие в жизни кадры

«Я оператор, которому волей судеб выпало счастье получить несколько сказочных предложений, хотя я не тот человек, который об этом мечтал. Я считаю, что частью профессионализма оператора является его универсальность. Нужно уметь разное, а я хочу все попробовать, — говорит Владимир Башта. — «По щучьему велению» делала та же студия, что и «Конька-Горбунка», на котором я работал, тот же продюсерский и исполнительный состав. Сменился режиссер, вместо которого пригласили Войтинского вместе с оператором, с которым он работал до этого. Но поскольку тот был занят на другом проекте, позвонили мне за месяц до начала съемок и сказали: «Подхватывай!». Это не входило в мои планы. После большой картины, которую я снял, хотелось немного отдохнуть, сделать дома ремонт. Я к тому времени сломал все стены в квартире. Был декабрь 2021 года. Но на следующий день после звонка я был в кабинете у продюсера Сергея Сельянова, а через день — на пробах в Петербурге».

На студии уже были разработаны характеристики основных персонажей, аттракционы, костюмы, шел кастинг. Но, как говорит Владимир, он не так уж и много пропустил. Сценарий был готов на 80 процентов. Многое было в разработке, но не было зафиксировано. Какие-то артисты были намечены, но не утверждены. Все это происходило в феврале 2022 года. Съемки начались 10 марта.

«Подготовительный период был непростым, потому что февраль 2022 года вообще все изменил, в том числе кастинг. Доллар взлетел. Непонятно было, то ли останавливаться, то ли нет. Планировалось в марте сделать зимний блок, а потом взять паузу», — вспоминает Башта. Слушая его рассказ — а разговор шел в профессиональной среде как урок для небольшого круга начинающих операторов, — коллеги Владимира в один голос сказали: «Мы бы отказались сразу. Невозможно поднять такую махину за месяц. Оператор нужен с самого начала. Дайте ему возможность подготовиться».

«По-разному бывает, — ответил на это Владимир Башта. — Конечно, оператору на такой сложной картине три-четыре месяца необходимы. Но в моем случае сработали два фактора. Во-первых, люди были в основном мне известные — продюсеры, художники. Во-вторых, нужно было успеть провести зимний блок и ждать весны. То есть предполагалось дополнительно около семи недель на подготовку. Главное — не спалить зиму. И хорошо, что сценарий понятный. Иногда в сказке и фэнтези все настолько перемешано, что надо перечитывать его раза четыре, чтобы разобраться, кто есть кто и в чем заключается магическая сила. Мне предоставили материалы, которые были в разработке, в том числе связанные с печкой.

Максимально все нужно было вынести на натуру, а это значит — живой свет, ветер… Представители студии объездили множество регионов, полей, лесов и приметили место под Тобольском. В Абалаке на высоком берегу Иртыша стоял странный гостевой дом. Какой-то человек лет двадцать назад его построил, обнес частоколом. А вокруг неописуемая красота. Направо пошел — поле нашел, налево пошел — косогор нашел, прямо пошел — в лес попал. Приехали мы туда зимой, сняли. Недель за семь сделали раскадровки и в едином порыве вернулись назад. «По щучьему велению» живое кино. Практически все мизансцены создавались на площадке за день до съемок.

Мой метод — набрать надежную команду, чтобы каждый ее участник прочитал сценарий. Надо со всеми хотя бы разочек посидеть у костра, поговорить о том, что мы должны быть готовы ко всему. От каких-то сцен пришлось отказаться — где Емеля борется со стражниками, где кидают мечи и снежки. Мы решили построить реку Смородину, разделяющую мир живых и мертвых. Там, где Кощей стоит, построили павильон из пенопласта. Многое придумывали на ходу».

В последние съемочные дни в поле, где снимали, вдруг от шквального ветра зашевелилась трава. Зрелище было необыкновенное. А тут решили объявить обед. «Как обед? — спросил оператор. — Не пойдем обедать. Ветер может уйти». Так что Емелю–Кологривого пришлось лишить обеда.

«Кадры с колышущейся травой — самое большое чудо, — считает Владимир Башта. — Думаю, что на этой картине я снял лучшие в своей жизни кадры — когда Емеля бежит по траве, а она шевелится. Мы выбрали поле. Трава там сначала была одна, а потом другая, она менялась. Никто не предполагал, что она будет шевелиться. Оставалось два съемочных дня, когда поднялся шквальный ветер. Все понимают, какой это кошмар. Уносит всё. Ясно, что коптер не полетит. И тут наш коптерщик Антон говорит: «Я полечу». Это был последний кадр, который мы сняли в экспедиции. Колбасило сильно — не коптер, а коптерщика. Это к вопросу о том, что вкладываться надо в людей. Можно взять самую лучшую технику, но только человек может выжать из нее всё».

Для коротких кадров Владимир использовал «Айфон». Печка Емели должна прыгнуть с трамплина, и в этот момент в ней не было человека. Того самого — героического, что сидел в шлеме и очках. Тут понадобилась вторая печь, не та, что монтировалась на квадроцикле. Изготовили рельсы, по которым ее отправляли в путь. Но никто не мог точно сказать, где именно она приземлится. Чем ближе к точке падения, тем эффектнее кадр. «У нас было три камеры, но я взял свой «Айфон». Поскольку за него отвечаю только я, то было не так страшно. Поставил его у точки падения — получилось идеально. Но женский портрет я бы не стал снимать на «Айфон».

Источник: www.mk.ru

Spread the love