Вячеслав Поставнин: Путину пишут доклады о мигрантах, а откуда данные берут — непонятно

Председатель Совета по правам человека (СПЧ) при президенте Валерий Фадеев выступил с предложением ужесточить правила приема и пребывания мигрантов в России. В частности, ребенка, не знающего русского языка, предлагается не принимать в школу. Так что, возможно, в скором времени мы больше не увидим закутанных до глаз мамочку, ведущую не понимающих по-русски малышей в московскую школу.

Конечно, нововведения, если они вообще будут, еще только планируется обсудить с представителями традиционного ислама и губернаторами. В Госдумы призвали привлечь к участию еще и местные власти, подчеркивая важность уважения национальных различий.

Но по крайней мере самая опасная проблема обозначена — возникновение анклавов по типу Франции и Англии, которые уже образуются и на территории России. Не специально, «просто мигранты тянутся друг к другу, предпочитают жить в определенных районах, а кто побогаче — покупают там квартиры». Но в этих анклавах перестает работать закон.

Формирование национальных анклавов — вещь опасная, считает руководитель Международного центра аналитических и практических исследований миграционных процессов Вячеслав Поставнин.

— К сожалению, мы в этом вопросе семимильными шагами движемся в сторону того, что происходит в Западной Европе. У нас будет как у них: граждане во втором поколении не знают толком ни языка страны, куда перебрались, ни ее культуры, ни религии. Так мы подготовим мину замедленного действия и это будет колоссальная ошибка.

«СП»: У СПЧ жёсткая позиция: ребенка, не знающего русского языка, нельзя принимать в школу. Прежде его нужно обучить русскому языку. Взваливать эту обязанность на школы, считает Фадеев, неправильно, необходимо создавать специальные центры.

— Мне не нравится в позиции Фадеева отношение к детям. Они же ни в чем не виноваты. Не принимать их в школу — опасно.

«СП»: В страну сначала едут мужчины, за ними — подтягиваются женщины и дети. Но говорить почему-то принято о женщинах и детях. А сколько на стройке нужно мигрантов? Никто не знает. При этом производительность труда в жилищном строительстве у нас в четыре раза ниже, чем в США.

— Что касается экономики, то «в четыре раза ниже, чем в США» — это не аргумент. Это Советский Союз отставал в четыре раза. Сейчас после того, как к нам хлынули западные технологии, отставание уменьшилось до двух-трех раз.

Но если мы возьмем развитые страны, где производительность труда высокая: Япония, США — там все равно есть дефицит рабочих рук. Америка принимает мигрантов в огромном количестве, как и все западные страны. Они вынуждены принимать.

Недавно сравнили количество промышленных роботов у нас и в Южной Корее. У них на тысячу работников — сто роботов, а у нас десять. Попробуем их «догонять и перегонять»? Велик шанс, что пока догоняем — вообще отстанем. И, кстати, та же Южная Корея — очень охотно принимает на свою заводы мигрантов из Центральной Азии.

«СП»: Вот и давайте «создадим реестр работодателей», которые станут заявлять о своих потребностях в иностранной рабочей силе. Пусть они докажут ответственным ведомствам, почему не могут найти работников на внутреннем рынке.

— Наводить порядок в миграционной сфере надо, но не надо размахивать дубинками. Сотрясание воздуха не означает наведение порядка, так только вид делают. На самом деле надо сначала выстроить стратегию и создать правильный инструментарий. А со стратегией у нас не очень понятно.

Есть первая и последняя «Концепция государственной миграционной политики Российской Федерации на период до 2025 года», утвержденная президентом еще в 2012 году. Ныне она утратила силу. Но в ней четко определено какие задачи решать: вопросы безопасности, демографии и рынка труда. Эти задачи остались не решенными.

А все остальное — типа «культурного кода» — это что-то аморфное, никто не может объяснить, кроме философов и культурологов. Спросите у кого-нибудь: «Где у нас русский мир?» И как он сочетается с понятием «многонациональный российский народ»? Никто не ответит. В общем, сами запутались. С миграцией мы в очередном тупике.

«СП»: Не мы одни, весь мир этим озадачен. Не зря же в той же Америке вопросы миграции, строительства стены на границе с Мексикой, стоят в одной повестке дня с вопросом финансирования Украины.

— Но они-то над этим работают. А у нас же нет даже информационной системы по вопросам миграции. Со статистикой все очень плохо. Понятно, что президенту пишут какие-то аналитические записки, но как и где получают содержащиеся в них сведения, я не знаю. Серьезных исследований нет.

«СП»: Глава СПЧ тоже не стесняется признаться в том, что чего-то не знает. Он, в частности, говорит, что «не видел никаких исследований о том, сколько нам реально нужно иностранной рабочей силы, в каких отраслях и регионах».

— Да, мы совершенно перестали проводить исследования. Раньше они в основном проводились на западные деньги. Выдавались гранты, проводились экспертизы, причем не обязательно прозападные. У нас много хороших ученых по проблемам миграции, есть своя научная школа. Миграцией в СССР начали заниматься еще в 70-е годы ХХ века.

Пора государству выделять деньги на изучение этой проблемы. Чтобы принять правильное решение, необходимо сначала проанализировать явление, а не просто прислушиваться к своим ощущениям: «Мне так кажется!» Мало ли что кому кажется.

«СП»: Может, тогда наконец выяснится сколько у нас вообще мигрантов? А то говорят, что их «свыше 10 миллионов». Но это «свыше» может быть и 15 миллионов, и 25! Как думаете, будет вопрос с мигрантами доведен до логического решения или как всегда — подискутируем, пошумим и забудем?

— Я сомневаюсь, что дискуссия что-то даст. Все решения принимаются где-то в тиши кабинетов, не очень обращая внимания на все эти статьи. Понимаете, нужны не просто рабочие руки на стройке. Нужна система. А у нас даже кадров нет, чтобы нет, чтобы отслеживать миграцию. Хорошо, что первый состав миграционной службы создал базу. Первый наш директор Федеральной миграционной службы, Татьяна Регент, выходила напрямую на президента и решала все вопросы…

В общем, опять встал извечный вопрос: что делать? Мигранты первой волны работают по десять часов в день всю неделю, подчас без выходных, а местные не хотят — за переработку они в соответствии с Трудовым кодексом деньги требуют. Что вполне справедливо. Бизнес набирает мигрантов, потому что это дешевле, потому что благодаря гастарбайтерам из Средней Азии больше прибыли он получит. И плевать бизнес хотел на фискальные службы, которые платят серые или черные зарплаты…

Теперь вот вспомнили, что гражданство России должно не только давать права, но и возлагать обязанности. Возможно, если бы получение паспорта и постановка на учет в военкомате происходили в одно и то же время, это помогло навести порядок. Хотя не уверен: законы у нас вроде бы правильные, но в России давно укоренилось правило: на то и написан закон, чтобы его обходить.

А целом — как не было в стране системы по работе с мигрантами, так и нет. И как-то не проглядывается, что системность скоро появится. Пока слышно только эхо после теракта в «Крокус Сити Холле».

Источник

Spread the love